«Две станции метро Красноярск не спасут»

Известный архитектор — о том, почему Красноярск нужно уплотнить, метро не строить и отказаться от возведения домов по принципу микрорайонов
Знаменитый архитектор прочитал в Красноярске лекцию о том, как преобразовать территории промзон в экономически доходные творческие центры, места скопления людей по интересам. Мероприятие проходило в МВДЦ «Сибирь» в рамках строительной выставки. Почему точечная застройка полезна, а советский подход к строительству заставляет страдать горожан, и почему Красноярску не нужно метро — в материале далее.

Справка: Токарев Никита Владимирович (род. 1969) — основатель архитектурного бюро PanaCom и независимой московской архитектурной школы МАРШ. Среди проектов бюро — десятки домов, апарт-отели в Москве, Сочи, Краснодаре, дизайн оборудования.

Как вы считаете, есть у Красноярска свое лицо или он мало отличается от других городов России?

Трудно говорить о Красноярске, так как его почти не видел. Было чудесное путешествие по Енисею несколько лет назад, тогда проехал от аэропорта до речного вокзала, в этот раз погулял в районе Стрелки, «Красивого берега» в Академгородке.

Огромное преимущество Красноярска — природа, Енисей, ближайшие окрестности. Но ландшафт и город никак не соотносятся: нет выходов к природе, облагороженных набережных. Например, остров посреди Енисея, заросший лесом (имеется в виду остров Отдыха. — Ю.Г.), мог бы стать отличной зоной отдыха.

Как и многие сибирские города, чье развитие пришлось на советское время, Красноярск — хаотичный. Видно, что промышленность строилась без учета потребностей города. Эвакуировались заводы, было не до градостроительства — лишь бы достроить, запустить во время войны. Обсуждали с коллегами судьбу Комбайнового завода, который собираются застраивать.

Считаете, что верно застраивать промзоны в городе?

Пока мы движемся по пути с остальным миром — промышленность, с огромными территориями, грязная, из больших городов уходит. Тяжелое машиностроение, металлургический завод, нефтебаза не должны быть в центре города. Использование промышленных территорий для нового строительства — нормальная практика при дефиците земли в городе. Тем более территории обеспечены уже водой, теплом. Но требует усилий: надо вывезти загрязненный грунт.

Для меня было неожиданностью, что рядом гидроэлектростанция, а город вынужден пользоваться тепловыми станциями, которые жгут мазут, дымят.

Как дышалось?

Не очень. Вижу, что Енисей не замерзает и над ним такая дымка.

Причина плохой экологии — неправильное расположение города в ложбине вдоль реки?

Есть серьезная экологическая проблема, но если взят курс на вывод экологически вредной промышленности, она улучшится. Город уже вряд ли можно куда-то перенести, надо улучшать то, что есть.

Каким образом?

На развитие города влияют два фактора. Во-первых, миграция населения из малых городов в средние, из средних — в большие. Во-вторых, жилье. Бóльшая часть живет в домах советской застройки — однотипном панельном. За 25 лет после перестройки новой типологии жилья массового не возникло. Это чревато социальными и градостроительными проблемами.

Какими, например?

Придуманная структура микрорайона продолжает сегодня воспроизводиться: в середине школа и детсады, вокруг — жилые дома, по периметру — дороги. Люди уже так не живут. Нет места автомобилям, дети не обязательно ходят в школу в середине микрорайона, а могут ездить в другой конец города, в панельном доме нет места для магазинов. В рамках микрорайона невозможно поделить территорию: невозможно понять, какая принадлежит дому, властям. «Все вокруг советское, все вокруг мое». Поэтому и сталкиваемся с проблемами: забор, режущий микрорайон пополам, приводит к массам конфликтов — как проехать, пройти и прочее.

Как тогда избавиться от советского прошлого?

Перенимать мировой опыт градостроительства и архитектуры, от которого мы были оторваны десятилетиями. Это касается стройматериалов и конструкций, норм. И все-таки перестраивать градостроительную политику, хотя задача невероятно сложная. На сегодняшний день, несмотря на 25 лет после перестройки, ответа, что делать с советским наследием и как приспособить микрорайон к изменившимся условиям жизни, никто не знает. Более того, современные строители и девелоперы, немножко изменив фасады и поменяв этажность, продолжают их воспроизводить — проблемы заложены на поколения вперед.

Значит, надо строить в чистом поле и по-новому? Что думаете по поводу точечной застройки?

Я сторонник уплотнения городов, а не экспансии вширь. Многие советские города — рыхлые по своей структуре и имеют потенциал к рациональному использованию. Сошлюсь на генплан города Перми. Для российского градостроительства это прорывной проект, где вместо новых микрорайонов на свободных территориях реконструируются старые или увеличиваются их емкости — надстраиваются, меняется планировка, назначение, сносятся.

Как же быть с жителями, которые протестуют против точечной застройки?

Жители против любых изменений: найдутся противники убрать старую скамейку или поставить новую. Нам не хватает умения работать с населением и строить свои проекты с преимуществами для жителей. Девелоперы и власти диалог не ведут. Конечно, когда на детской площадке вырастает 15 этажей, это никому не понравится. В этом случае это плохо.

То есть диалог должен строиться по принципу: мы ставим дом, а вам делаем парк и облагораживаем двор?

Как вариант. Может быть, есть возможность не строить в 20 м от окон, а повернуть дом. Конечно, проще построить в чистом поле. Но вопрос затрат на дороги и инфраструктуру. В результате люди живут в 2 часах езды от центра города и где ходит один автобус. Хорошо ли им там жить? Кому это на пользу? Застройщику, который продал квадратные метры? Властям, которые отчитались ими же о выполнении программ?

У нас сдался 4-й мост через Енисей. Сколько мостов городу-миллионнику для счастья надо?

Сложный вопрос. Советские города не были рассчитаны на такое количество автомобилей. На дороги приходится маленький процент территорий. Строительство мостов и дорог неизбежно. Тут я часто вспоминаю высказывание урбаниста Вукана Вучика. Он сравнивает город с растущим транспортом с полнеющим человеком. У него два пути: прокрутить в своем ремне новую дырку, а потом следующую и следующую. Или сесть на диету, начать заниматься спортом — путь сокращения парка автомобилей и развитие общественного транспорта, чтобы в центр города люди не ехали на машине.

Как мотивировать красноярцев не ехать в центр города?

Первое — общественный транспорт должен быть легко доступен, ходить вовремя, по расписанию и быть комфортным. Второй — увы, административные меры: ограничение парковки. Это социально чувствительная мера, но для крупных городов неизбежный путь. Невозможно отдавать столько места для хранения машин, улицы — для движения.

Метро, станции которого в Красноярске законсервированы, способно решить вопрос?

Две-три станции Красноярск не спасут. Метро в советское время было фактором престижа для города. Сначала — в столицах союзных республиках, потом подтягивались областные города. Есть менее затратная альтернатива — рельсовый транспорт, трамвай. Особенно если он проложен отдельно, за заборчиком, идет без перебоев и аварий, не встает в пробки. В Москве он не особо развивается. В 90-е трамвай, наоборот, убирали, считая, что мешает уличному движению.


Юлия Глушко
Фото автора

Оцените работу журналиста: